Рейтинговые книги
Читем онлайн Дело Локвудов - Джон О`Хара

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+

Закладка:

Сделать
1 ... 24 25 26 27 28 29 30 31 32 ... 109

— Выйди пока, малыш, я еще не скоро.

Во время прогулок по саду Джордж набирал в чашку вишен и угощал деда. Яблоки старик кусать не мог. Он доставал из кармана ножик и, сняв с плода длинную вьющуюся ленту кожуры, разрезал его на маленькие ломтики и вдвоем с внуком ел. Они никогда не скучали, ибо всегда находили тему для разговора («Почему ты не даешь мне дотронуться до шрама? Тебе больно? Это тоже от пули, дедушка? Дедушка, покажи мне свои зубы. А когда ты был маленький, тебе тоже покупали зубы?»). Старик рассказывал мальчику о деньгах («Это пенни: один, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять, десять. Эти монетки, взятые вместе, стоят столько же, сколько вот эта одна. На нее можно купить столько же конфеток, сколько на все эти пенни»), немного о цветах («Никогда не ломай их, а отрезай ножницами, иначе они не будут расти») и об американской истории («Линкольна застрелили за то, что он заставил Джона Уилкса Бута отпустить своих рабов»).

Однажды во время семейной ссоры (самой неприятной из всех, когда-либо происходивших на глазах у Джорджа) мальчик из чувства товарищества сразу принял сторону деда. Ссору начала его мать.

— Мистер Локвуд, когда вы намерены сдержать слово и сломать стену? — спросила мать.

— Пока жив хоть один Бэнди…

— Последний Бэнди умер два года назад, а стена все еще стоит, — сказала Аделаида.

— А ты не торопи меня, сударыня.

— Два года — срок немалый. Вы же обещали сломать.

— Про обещание что-то не помню. Я сказал: поговорим.

— Мистер Локвуд, это обман. Вы виляете.

— Сказала бы уж, что вру, — и дело с концом.

— И сказала бы, если бы не ребенок… Джордж, иди поиграй.

Приученный повиноваться, мальчик вышел из комнаты, но остался за дверью в холле.

— Так вот, мистер Локвуд, — продолжала мать. — Либо стена будет убрана в ближайшие полгода, либо мы отсюда уедем. — При этом ее акцент прозвучал явственнее — «мы отсюта уетем».

— Мой сын никуда не поедет.

— Вот и ошибаетесь, мистер Локвуд. Авраам тоже хочет убрать стену. Я не желаю, чтобы мои дети росли за тюремной оградой. Так помните, мистер Локвуд: полгода.

— А кто будет платить за слом и за уборку кирпичей?

— Я заплачу, вам это ничего не будет стоить.

— Могла бы вложить свои деньги в более полезное дело.

— А мне никто не указ — на что тратить собственные деньги, мистер Локвуд. Могу и новый дом себе построить. Увезу с собой детей и мужа, а вы тут сидите за своей стеной.

— Ладно, ломай, черт с тобой.

— А вы с подрядчиком договоритесь?

— Договорюсь. И расходы оплачу.

— Мистер Локвуд, я не вредная, но я не хочу, чтобы мои сыновья росли как в тюрьме. И так уже люди смеются над Джорджем, а потом и над младшим будут смеяться.

— Никогда не слыхал, чтобы над моим внуком смеялись.

— Так вы же ни с кем не встречаетесь. А я слышала. Говорят, что он у нас вроде придурковатый.

— Говоришь, что не вредная, а позволяешь себе такие слова.

— Так это же люди, зачем мне-то наговаривать на ребенка.

Джордж мало что понял в этом разговоре, но несколько дней спустя на территории дома появились рабочие и приступили к длительной, шумной и увлекательной работе по разборке стены и укладке кирпичей в штабеля которые потом грузили на повозки. Мальчик не смог уговорить деда выйти во двор: старик не желал ни выходить из дому, ни смотреть в окно на двор, который теперь — без стены — выглядел так странно, ни даже понаблюдать за рабочими, строившими на месте стены железную ограду, которая была ненамного выше его внука. Большую часть времени старик проводил теперь в своей комнате, куда ему приносили даже еду. Никаких историй он уже мальчику не рассказывал — на это, как он говорил, у него не было времени. Так продолжалось около месяца. Потом дед вдруг изменил своим привычкам. Каждое утро он выходил из дому и отправлялся сначала в парикмахерскую, а оттуда в бар при Биржевой гостинице, где оставался до конца дня. Вечером за ним заезжал Рафферти, отвозил домой и помогал добраться до его комнаты.

Через год Мозес умер, так и не рассказав больше внуку ни одной истории. Но к этому времени Джордж уже поступил в первый класс и попал в общество ровесников и ровесниц. На похоронах было много солдат. Дед лежал в гробу, накрытом американским флагом. Гроб стоял не на катафалке, а на каких-то дрогах, запряженных четверкой лошадей. На двух лошадях сидели верхом солдаты. На кладбище солдаты стреляли из винтовок в воздух, а один играл на трубе. Отец Джорджа был в солдатской форме — так же, как многие другие мужчины, хотя они и не были военными. Когда похороны закончились, Джордж увидел немало настоящих солдат, приехавших из-за города. Многие из них были пьяны. За ужином возле отца и матери сидел какой-то старик, которого звали мистер Болц. Он не говорил ни слова, но жал руки всем подходившим. Джордж Локвуд еще никогда не был свидетелем такого количества рукопожатий.

Второй его дед, живший в Рихтервилле, не был рассказчиком, но все равно у него бывало интересно. Неподалеку от Рихтервилла находились две фермы, где разводили пони, и гроссфатер[12] Хоффнер (он хотел, чтоб его называли именно так) часто брал Джорджа туда, чтобы показать лошадок и покатать в блестящей коляске, запряженной четверкой пони. И всегда обещал: вот подрастешь, и у тебя будет свой пони. Иногда Джордж встречал в доме гроссфатера Хоффнера своего двоюродного брата Дэйви Стоукса (он был на год старше), который тоже приезжал навестить деда.

— Тебе гроссфатер собирается подарить пони? — спросил его однажды Джордж.

— Обещал, но я ему не верю, — ответил Дэйви и рассказал Джорджу, что такие же обещания получили еще несколько двоюродных братьев, из которых одному уже одиннадцать лет. Но гроссфатер все тянет с покупкой. Их одиннадцатилетнего двоюродного брата Лероя Хоффнера все еще водят кататься на пони — верхом и в тележке, но собственного пони ему не дарят, а скоро он уже вообще станет слишком велик для пони. Джордж возненавидел Дэйви за эти слова и продолжал верить гроссфатеру. Он рассказал об этом матери и ко дню своего рождения получил пони вместе со сбруей, рессорной двуколкой и санками. Через несколько недель Дэвид Стоукс, а также Лерой тоже получили пони.

— Кто мне подарил пони? Гроссфатер? — спросил Джордж у матери.

— Можно сказать, что да.

— Но это правда?

— Пожалуй, да. А почему тебе так важно это знать? Получил пони, и ладно.

— Потому что я хочу сказать об этом Дэйви.

— Тогда — нет. Пони подарили тебе мы с папой. Но гроссфатер оплатил мою долю расходов. Так что можно сказать, что он тоже участвовал в покупке.

— А должен я благодарить гроссфатера?

— Нет, не должен.

— Значит, он не дарил, раз ты не велишь мне его благодарить.

— Ты — как папа. Замучаешь вопросами. Не говори со мной больше на эту тему.

Дэйви Стоукс, получив пони, сказал Джорджу, что это — подарок родителей, а не гроссфатера, и что Лерою пони тоже подарили родители.

— Гроссфатер — большой врун, — сказал Дэйви Стоукс. — Глупый немец и большой врун. Это мой отец сказал. Он говорит, что все немцы сквалыги.

— Твоя мать тоже ведь немка.

— Уже нет.

— А говорит по-немецки.

— Не может быть, — возразил Дэйви. — Ей отец не разрешает.

— А она все равно говорит. С моей матерью. Они же сестры.

— Все знают, что сестры.

— Все, да не все. Твоя мать разговаривает с моей по-немецки, а ты и не знаешь. Значит, ты не все знаешь.

— Зато мои дед не убивал людей, а твой убивал.

— Мой дедушка был на войне солдатом.

— Это все, что ты знаешь. Ха-ха-ха. Твой дед убил двух человек.

— Потому что он был солдатом. И отец был солдатом.

— Ха-ха-ха. Твой дед убил двух человек до того, как стал солдатом. И его арестовали.

— Неправда. Он убил индейца.

— Как бы не так. Он убил человека, который был должен ему деньги. Ха-ха-ха.

В тоне Дэйви было столько насмешки и столько уверенности, что Джордж Локвуд решил проверить у отца.

— Папа, а правда, что дедушка убил человека? Двух человек?

— Кто тебе сказал?

— Дэйви. Он говорит, что дедушку арестовали тогда.

— Это твой дядя, наверно, болтает. Ну что ж, рано или поздно ты все равно узнал бы, — сказал Авраам Локвуд. — Да, дедушка убил двух человек.

— Индейцев?

— Нет, не индейцев. Белых. Задолго до моего рождения один человек попытался ограбить дедушку. Прокрался с ножом к нему в номер гостиницы, а дедушка, чтобы спастись, застрелил его. Это было давно, до того, как я родился. Тогда было небезопасно ходить ночью по улице, а твой дедушка был констеблем, полицейским.

— Но его же не могли арестовать, если он был полицейским, правда?

— И полицейского можно арестовать. Любого человека арестовать можно. Даже если его зовут Стоукс.

— А дядю Сэма арестовывали?

— Нет. Но это не значит, что не могли бы арестовать или что никого из Стоуксов никогда не арестовывали. Арестовать можно кого угодно.

1 ... 24 25 26 27 28 29 30 31 32 ... 109
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Дело Локвудов - Джон О`Хара бесплатно.
Похожие на Дело Локвудов - Джон О`Хара книги

Оставить комментарий